|
"Крысы" в городе!
27 августа, в Театре Юного зрителя стартовала конкурсная часть фестиваля современной пластики и пантомимы "Мимолет-2001". Первым спектаклем, вынесенным на суд зрителей и жюри, была постановка театра из Хабаровска "Крысы или игра призраков".
Эти ребята привлекли внимание сразу. Они старше большинства других участников фестиваля. Они как большие дети- веселые, улыбчивые и... мудрые. Не похожие ни взрослых, ни на детей.
Хабаровский театр "Триада" имеет долгую историю: "А теперь к истокам. К тому роднику, с которого начинается Волга или какая-нибудь другая широкая, полноводная река: Нил, Амур, Миссисипи, гордо и с достоинством несущая свои воды здесь, а там, за поворотом, обрушивающаяся грозным водопадом. Река судьбы, в воды которой мы канули как в бездну - таинственную, завораживающую и опасную" - так сами ребята говорят о себе.
Вадим Гогольков, руководитель этого коллектива, именуется гордым званием "ветерана пантомимы на Дальнем Востоке". Начинал свою "преступную" деятельность Гогольков еще в далеких семидесятых годах. В студенческой группе "Гренада" он показывал свои миниатюры. Тогда пантомима даже не считалась искусством. Потом был коллектив со странным названием "ТЕСЛОПАН", который расшифровывался просто- театр Слова и Пантомимы. Далее- молодежная группа при Дворце Культуры и Досуга Профсоюзов. Именно эта "последняя любовь" Гоголькова и станет впоследствии нынешним театром "Триада".
Молодежная группа появилась в 1975 году, а через 4 года, в 1979 получила статус любительского театра.
Этому замечательному факту способствовало и то, что с середины 70-х годов Гогольков преподает на актерском отделении факультета искусств в институте искусств и культуры. Труппа театра состоит в основном из студентов института.
После того ребята получили звание театра, сменился и его репертуар. От концертных программ и коротких номеров труппа перешла к постановке спектаклей. "Триада" воплотила в жизнь такие "шедевры" (без иронии), как: "Дороги, которые мы выбираем" О'Генри, "Ночной полет" Антуана де Сент-Экзюпери, "Коррида" Е.Евтушенко, "Коловращение" О'Генри, "Стая" Р.Бах, "Левша" Лескова, "Старик и Море" Э.Хэмингуэя, "Маленькие трагедии" А.Пушкина, клоунский спектакль "Наш Дом", легенда о рождении "Откуда я", "Дворюги"- спектакль о людях и быте, "Страна слепых" по Герберту Уэллсу. Сейчас в репертуаре "Триады"- 9 спектаклей, которые постоянно обновляются. В планах- совместный проект с японским театром.
А были еще и гастроли! В Ульяновске, Иркутске, Биробиджане, Петропавловске-Камчатском... И по всей России. Театр помнит старое доброе советское время, когда Москва была еще столицей великой державы. И на ее улицах проходил Всемирный фестиваль Молодежи и Студентов. Тогда, в далеком теперь уже 1985 году "Триада" участвовала в фестивале и получила высокую оценку за свое мастерство.
Почему этот фестиваль так памятен? Просто тогда же, в 1985 году в стране вдруг вспомнили о молодежи- началось массовое студийное движение. 23 мая 1989 года любительский театр превратился в театр -студию "Триада". С тех самых пор в мае отмечается День Рождения коллектива.
В 1993 году случилось, пожалуй, самое важное в жизни театра- он обрел свой дом. Знающие понимают - насколько трудно сейчас даже профессиональному коллективу отвоевать себе помещение. "Триада" смогла это сделать и теперь именуется гордо и трогательно- муниципальный театр города Владивостока.
Театр объездил с гастролями весь Дальний Восток, Россию, а в 1991 году привез свои спектакли в в Германию. Это были "Наш дом" и "Крысы..."- сложные философские спектакли, по праву заслужившие внимание зрителя.
Но зря вы думаете, что "Триада" - это мрачные, замкнутые на неразрешимых философских проблемах, дядьки и тетки. Не чужд им и юмор. Нет, скорее так- юмор прежде всего, а уж потом - страхи, фобии и заблуждения философии. На открытии фестиваля "Триада" предстала перед изумленным зрителем как комедийный коллектив: были показаны несколько смешных сценок. Добродушный иркутский народ было уверовал в веселую бесшабашность ребят из "Триады", как вдруг на следующий день...
На следующий день театр из Хабаровска показывал свой конкурсный спектакль "Крысы или игра призраков".
Сразу скажем- иркутский зритель отнесся к постановке осторожно. Мнения были очень разными, часто диаметрально противоположными. Мешал менталитет, воспитанный на жизнеутверждающих "сибириадах" местных писателей , вере в природу и чистоту и тп. Зритель вообще довольно плохо воспринимает какие-либо "разрушительные" проекты- будь то спектакль или книга. А "Триадовская" постановка была именно из разряда деструктивных. Сценарий, по утверждению самих авторов, является плодом коллективного творчества.
Вкратце фабула спектакля- "Драматическая сюита для двух бомжей и шести стульев". На мусорной куче живет парочка бомжей. Здесь же обитает стая крыс. Если бомжи еще имеют что-то человеческое в своем облике, то крысы- это бывшие люди, опустившиеся до животного состояния. На предводителя крыс нападают воспоминания- о том времени, когда он был человеком. Эти призраки тревожат его... Крыс все больше тянет к людям...Они пытаются вернуться к человеческому... Однако естественного генезиса от крысы к человеку не происходит- в конце спектакля двое бомжей остаются в обществе крыс и судьба их ясна- они тоже регрессируют к животным...
Спектакль поражает натурализмом, которого театру лучше избегать- образы крыс настолько физиологичны , что зрителей просто передергивало. Маленькую девочку, сидящую в первом ряду просто вытошнило при виде столь "натурального" зрелища. Этот перегиб в "чернушности" явно не на пользу постановке.
Кроме того, в некоторых местах спектакля были "провисания" - слишком затянуты сцены, несколько раз повторился танец крыс, который явно негативно воздействовал на психику зала.
Привыкший к победе "доброго, вечного, чистого" классический иркутский зритель недоумевал: "Ну, хорошо, пусть натурализм, пусть крысы. Но почему же они в конце не стали людьми? Был бы чудесный хеппи-енд..." В голове возникали естественные для культурного сознания схемы: общество регрессировавших крыс можно представить как российское общество после революции- маргинальные слои- это крысы, остатки интеллигенции- бомжи. Россия, естественно, куча мусора. Можно было свести спектакль к другой схеме- к теории Дарвина, вывернутой наизнанку- не эволюционный прогресс от крысы к человеку, а регресс от человека к крысе.
Однако, это только схемы. Спектакль намного глубже и интереснее. Те, кто однозначно оценивают его как "чернушный" и отказывают ему в жизнеутверждающей силе -не правы.
Во-первых, в спектакле несколько почти не связанных друг с другом отдельных историй. История двух бомжей: Веселого (Андрей Алашов) и Мрачного (Алексей Толстокулаков). Веселый- открыт и радостен для всего- пусть даже для крыс. Но за его открытость расплата очевидна- он легко может превратиться в крысу, так как копирует то общество, к котором находится. Мрачный никому не верит, свято оберегая свои сокровища- раскладушку и патефон с пластинкой "Лунной сонаты". Он навсегда обречен на одиночество, но никогда не станет и крысой, впрочем, как никогда не сблизится с людьми. Через весь спектакль они идут друг к другу- постепенно становясь все роднее... Они как бы дополняют друг друга, как две половинки одного существа, именуемого ЧЕЛОВЕКОМ.
Образ мусорной кучи. Она тоже играет самостоятельную роль. В начале- над ней в полнейшей темноте летают светлячки. Как будто мира еще не существует. Как будто куча и есть -мир. По ходу спектакля она распадается то до цельного социума "нормальных людей"- стулья, составляющие ее образуют правильный круг, а то- в лапах крыс- разлетается и разрывается как разрушенная вселенная. В самом конце - вещевой кучи уже не существует, появляется куча человеческая. Вселенная, по законам постмодернизма сжимается до размера Человека.
Предводитель крыс еще более интересен. Он- бывший человек. Здесь просто нельзя вычленить одного актера. Вожак стаи существует только в стае. Она- это он. И вместе с тем он отчаянно и вечно одинок.
Однажды к нему в лапы попадает портфель с воспоминаниями. Из портфеля появляются призраки. Сначала- белая невеста, его невеста Марина Ефремова). Нерешительная, схематичная, шагающая неровно и призрачно- как сами воспоминания крысиного Короля.
Воспоминания начинают оживать, и вот их уже двое - муж и жена. У них тоже отдельная жизнь в спектакле. Они - враги, хотя и вместе. Они ставят стулья рядом, но они- враги, стулья превращаются в несущуюся машину, но в ней сидят враги. Машина разбивается ( вспомните: "Семейная лодка разбилась о быт..."). И вот тут- то только они понимают, как нужны друг другу- раскинутые на дороге они тянут друг к другу напряженные руки, но не могут достать.... Странно, но соединяет их лапа крысы. Рука того, уже не существующего человека из будущего. Вот здесь-то начинаешь понимать- времени не существует. Тем, несчастным в прошлом, помогает стать счастливыми- крыса из страшного "завтра"...
А сцена падения человека до крысы? На сцене появляются люди без лиц, одна функция которых -пилатовское "умывание рук". Они осматривают стоящего в центре героя и выносят вердикт- "оказать в праве быть в обществе". Он пока еще член человеческой машины, как и все кругом, в костюме и маске без лица. Но злые руки срывают с него одежду, человек остается в красном, словно с него содрали кожу. И тут приходит главное- только в таком состоянии- в теле отвергнутого он снимает с себя маску и появляется его настоящее лицо- больная душа . Но преображенный человек уже никому не нужен- его зарывают в кучу мусора и снова- умывают руки.
Падение человека до бомжа у ребят из "Триады" - своеобразный катарсис. Человек не может родиться и обрести свое "Я" пока общество не отвернется от него. Но как только человек находит себя, он тут же себя и теряет. Больная, чистая душа умирает в куче мусора и появляется крыса.
Как вам такой генезис? Кажется, теория эволюции трещит по швам! Чтобы стать Человеком, надо уйти от человеческого общества. Но потеря связи с людьми- это возвращение в животное состояние. Это неразрешимо. Поступательная теория совершенствования человека- несостоятельна! В окончательный регресс человека к крысе- не верим! Человек как кипящая странная масса, он в сотнях лиц одновременно. Он и крыса и бомж и маска... Время не существует- никто не может разобраться, что же было раньше- человек ли превратился в крысу ли это крыса выросла в человека. Дарвин не поможет.
Понятие эволюции и причинно-следственной связи потеряно. Время не существует.С этим перекликается один из главных принципов театра: "Триада - это есть законченная форма существования: прошлое-настоящее-будущее, или, если хотите, режиссер-актер-зритель."
Они не случайно в конце оказываются вместе, в одном страшном клубке- крысы и люди. Ночью крысы нападают на двух спящих людей- но не убивают их, а на своем убогом языке просят вернуть их к человеческому... Или просто "с интересом наблюдают за бездомными, изучают их". Постепенно все сливается в один копошащийся ком- люди пытаются вырваться- но это невозможно. Крысы- часть самих людей. Часть мусорной кучи, часть мира.
В сущности, спектакль не столько о человеческих отношениях, сколько о внутреннем мире современного человека, в котором сплелись древние животные ужасы подсознания, неожиданно выпущенные на волю, способность и желание любить, тяга к людям и глубокое одиночество.
И тогда становится понятным последний крик из этого клубка, крик Человека: "Мы хотим домой! Мы хотим домой! Нам нужно идти домой!" Этим криком заканчивается спектакль. Этим криком начинается путь человека к самому себе. Домой.
Спектакль непростой. Если есть неточности- оставим их на суд профессиональных критиков. Но есть и становая ось- идея о непознанности времени и человека. Спешить с оценками- не стоит. Думайте. И идите домой.
|
